«Теории»: Феномен преступности. От Платона до наших дней

«Теории»: Феномен преступности. От Платона до наших дней

Преступление – всем известное социальное явление. Оно определяется как нарушение существующего закона. Казалось бы, чего уж проще? Однако природа и сущность преступления как такового по-прежнему остается темой многочисленных научных дискуссий. Concepture публикует обзор философских воззрений на феномен преступности.

Введение

На протяжении почти всех эпох людей волновала тема справедливого устроения общества. Вопросы, которые затрагивали, поднимали и ставили в связи с этой темой, привели к созданию множества концепций, социальных моделей, политических проектов, утопий, антиутопий и т. д., и т. п. Преступность, как социальный факт, указывает на наличие противоречий в обществе. Там, где есть противоречия, нет гармонии. Где нет гаромнии, нет и справедливости. Следовательно, понимание сути преступности с целью его искоренения – это первый шаг на пути строительства справедливого общества.

Все философы, исследовавшие сущность преступности, по большому счету, делятся на два лагеря. Представители первого лагеря определяют преступность как закономерное проявление низменной эгоистичной природы человека (Платон, Гоббс, Фрейд). Представители второго лагеря исходят из того, что человек по своей природе стремится к благу, но неверно сформированные социальные обстоятельства искажают это стремление, что, в конечном счете, и приводит к преступлению (Аристотель, Маркс, Фромм). Но давайте поподробнее и по порядку.

Софисты

Оригинальное понимание преступности можно обнаружить в философии софистов. Они трактуют его в рамках дихотомии свобода–закон. Правовые нормы, усваиваемые человеком, превращаются в моральные императивы, однако эта трансформация не меняет существа дела, и они (законы) по-прежнему остаются преградой на пути реализации истинной сущности человека – бесконечной свободы (своеволия). Согласно софистам, законы нужны только слабым людям, которые не способны решиться на ответственность за свою судьбу и предпочитают отдать ее в руки общества (государства). Преступник, таким образом, есть смелая свободолюбивая личность, ведь бесконечная свобода подразумевает в том числе возможность быть безнравственным. Такая произвольная интерпретация объясняется конститутивным принципом всей философии софистов, который гласит, что «человек есть мера всех вещей». Соответственно преступность, как таковая, не есть нечто объективно негативное. Это просто нарушение каких-либо общепринятых норм, всегда относительных по своей природе. Перефразируя известную идиому, можно так подытожить воззрения софистов: «что русскому – хорошо, то немцу – преступление».

Платон, Аристотель и Якоб Бем

Совершенно иной позиции придерживался Платон, для которого преступление есть результат неконтролируемых разумом страстей души. Метафорически объясняя устройство человека, Платон сравнивает его с колесницей, в которую впряжены две лошади: темная и светлая (отрицательные и положительные чувства), и которой управляет возница (разум). Если колесницу ведет возница, человек никогда не совершит престпуление, поскольку всегда будет придерживаться рациональных факторов. Другими словами, человек в любых действиях будет руководствоваться принципом блага, являющегося для души непременной пользой. Преступление не есть благо, потому что не приносит душе никакой пользы. На преступление человека, как правило, толкают чувственные порывы, которые ни к чему хорошему не приводят. Вкратце концепцию Платона можно выразить так: «семь раз отмерь – один раз отрежь».

Аристотель связывет преступность с политическим устройством общества. Причина преступления, по Аристотелю, обычно состоит в том, что человек (будущий преступник) остро ощущает свою правовую ущемленность. Аристотель выделяет два типа правления: правильный и неправильный. Они разделяеются по критериям, которые лежат в основе деятельности правителей. Правильное политическое устройство предполагает, что своими действими правитель преследует достижение общего блага для всех. Неправильное – что правитель занят лишь удовлетворением своекорыстных интересов. Вывод, который делает Аристотель, подразумевают социальную детерминацию преступления: несправедливый правитель создает несправедливую форму общественного устройства, что в свою очередь побуждает людей идти против такого порядка, то есть, совершать престпуления. Идиома, кратко характеризующая концепцию Аристотеля, такова: «среда заела». 

В Средние века, как и всё остальное, феномен преступности начал осмысляться в контексте христианской религии. Самым показательным в этом отношении является понимание Якоба Беме. Он утверждал, что всякая самостоятельная воля, отпавшая от Бога, становится злой волей. Злая воля может творить только преступления, нарушая все законы: земные и небесные. И поскольку Беме разделял догмат о грехопадении человека, он считал зло обязательным атрибутом бытия, а преступность его проявлением. Короче говоря – «на все воля божья». 

Томас Гоббс

В Новое Время Гоббс продолжает идею Платона о неразумной эгоистической природе человека, как предпосылке различных преступных наклонностей. Человеку, по Гоббсу, свойственно удовлетворять свои желания. Однако поскольку удовлетворение желаний одного человека может препятствовать удовлетворению желаний другого, люди договариваются о неких правилах поведения, гарантирующих каждому безопасность и возможность удовлетворять самые необходимые желания. Разумный человек, способный ограничивать свои желания, соблюдает этот договор и живет по установленным правилам (законам). Неразумный человек, неспособный совладать со своими желаниями, нарушает договор и тем самым совершает преступление против остальных людей. Фразеологизм, иллюстрирующий воззрения Гоббса – «человек человеку волк». 

Зигмунд Фрейд

Фрейд продолжает эту линию мысли, только в объяснении феномена преступности использует собственную психоаналитическую концепцию. По Фрейду, человеческая психика состоит из трех начал: Ид (Оно), Эго (Я), Супер-Эго (Сверх-Я). Ид воплощает бессознательное природное начало, Супер-Эго –сознательное культурное начало. Функция Эго состоит в балансировке Ид и Супер-Эго. Таким образом, то, что Платон называл «дикими конями, впряженными в колесницу», а Гоббс – «эгоистической природой», Фрейд обозначает как Ид (Оно), сферу бессознательного, существующую по принципу удовольствия. Разум же (платоновский возница) у Фрейда называется Супер-Эго, стурктура психики, представляющая собой все усвоенные социокультурные нормы. Преступление, согласно Фрейду, человек совершает тогда, когда тенденции Ид оказываются сильнее тенденций Супер-Эго. Испытывая сильный голод, человек может украсть еду; испытывая сильное половое влечение, человек может совершить насилие, и т. д.

Карл Маркс

Если Гоббс и Фрейд наследуют идею Платона, то Маркс продолжает изыскания Аристотеля. Человек, по Марксу, представляет собой совокупность общественных отношений. И поскольку человек при рождении попадает не в мир как таковой, а в опосредованную человеческой культурой реальность, то он впоследствии отчуждается от своей сущности, так как не сам активно участвует в ее формировании, а пассивно претерпевает формовку со стороны социума. Как и в случае с Фрейдом, научно дополнившим и обосновавшим идею Платона, Маркс подводит под теорию Аристотеля мощную историческую и социологическую базу, доказывая на конкретных примерах, что противоречие между индивидуальным сознанием и социальным праксисом порождает конфликт, крайней формой выражения которого является преступление.

Эрих Фромм

Фромм соединяет эмпирию Фрейда и теорию Маркса (фрейдомарксизм). Основной целью человеческой жизни он считает самореализацию, которой мешает наличная природа человека, в частности, его стремление сохранять инцестуальную фиксацию: не брать отвественность на себя, не становиться взрослым, длить состояние психической инфантильности. Социум, по Фромму, должен научить человека переориентации с биологических потребностей - через собственно социальные - на духовные. Однако вместо этого сам социум организуется как пространство удовлетворения низших психических порывов. Вследствие сбоя осуществления своего назначения, человек становится болен. Одним из выражений этой «болезни» является девиантное (преступное) поведение.

Рекомендуем прочесть:

1. Зигмунд Фрейд – «Тотем и табу»; 

2. Эрих Фромм – «Анатомия человеческой деструктивности». 

Автор: Алибек Шарипов
985