«Теории»: Заразительная информация. Концепция «медиавируса» Д.Рашкоффа

«Теории»: Заразительная информация. Концепция «медиавируса» Д.Рашкоффа

Сегодня почти каждая вторая поверхность может быть проводником информации из глобальной паутины, а каждый первый человек является ее источником. В связи с этим уследить за скоростью распространения тех или иных трендов почти невозможно. Напрашивается закономерная аналогию – информация подобна вирусу. Но кому интересно констатировать состояние? Лучше искать причины, в чем и преуспел американский медиавед Дугласс Рашкофф с его концепцией медиавируса. Concepture берется поведать о том, что же такого особенно заразительного в этой концепции.

Развитие медиа

Прапрадедушка Oculus Rift.

Изначальной задачей медиа была концентрация, трансляция и анализ значимых событий из мира культуры, политики, науки, спорта и т.д. Одним словом, медиа «рассказывали» о проявлениях социального на локальном и международном уровнях. Но с течением времени развитие средств массовой информации (СМИ) достигло того момента, когда стало понятно, что о них можно говорить как о самостоятельной реальности: инфосфере или медиапространстве. Новая «реальность» оказалась способна уже не просто «освещать» различные события или информировать о предстоящих, а формировать культурно-социальную действительность.

Этот, если так можно выразиться, «фазовый переход» от СМИ собирающих, обрабатывающих и распространяющих сообщения массовым аудиториям к самостоятельно функционирующей инфосфере пришелся на 50-80 годы в США, характеризовавшиеся массовым внедрением бытовой техники, усиливавшей обратную связь и вовлеченность в медиапространство.

Совершенно очевидно, что именно в медиапространстве формируется направление дальнейшего развития. Инфосфера определяет все: какие новости являются важными, а какие нет; какие тренды можно считать значимыми, а какие стоит низвергнуть в небытие и забыть о них на веки вечные.

Как ни странно, но вместе с возрастающей значимостью инфосферы крупные медиаресурсы перестают выглядеть неуязвимыми титанами, единолично задающими вектор движения. Хотя, казалось бы? Но всему есть логичное объяснение. Завоевывающие популярность новомодные медиатренды в виде интерактивности и открытости привели к диверсификации инфосферы в целом. То есть, наряду с крупными медиа не меньшее, а временами и значительно большее, влияние стали иметь, к примеру, видеоблогеры юношеского возраста.

Джон Логи Бэрд и его прототип радио, хотя, это не точно.

В свою очередь, развитие уже упомянутой интерактивности в 70-80 годах прошлого столетия было обусловлено тенденциями увеличения значимости коммуникативной функции информационного пространства. Это обозначило возрастающую потребность со стороны тогда еще пассивного слушателя или зрителя в участии и получении прямого контакта и «мгновенного» feedback’a.

Иными словами, растет уровень связности между теми, кто занимается трансляцией новостей и теми, кто их принимает. В результате чего стираются четкие границы между ролями зрителя и «говорящей головы». А постоянная и повсеместная включенность в медиапространство вызывает у некоторых людей потребность выразить мнение, прямым следствием чего и оказываются их попытки стать «частью» медиа.

В качестве примера можно рассмотреть развитие ТВ, а именно появление телефорумов и ток-шоу, в которых простой зритель имеет возможность дозвониться в студию. Что это как не прямая реализация потребности человека ответить телевизору? На современном этапе подобное можно заметить, рассматривая интернет-медиа с функцией почти мгновенной «обратной связи» (например, посредством электронной почты) или при помощи активных пользовательских комментариев. По факту форма обратной связи так же становится медийным подпространством со своими авторитетами и негласными правилами.

Получается, что медиапространство формирует и удовлетворяет потребность в сопричастности и выражении своего мнения. При этом, параллельно она оказывает колоссальное влияние на социально значимый базис человека: его выборы, действия, суждения и жизнедеятельность как таковую.

Подведем некоторый промежуточный итог. Сегодня информационные реалии можно обрисовать приблизительно так: вывод об окружающем мире субъект делает, исходя из полученной в медиа информации. Источники могут быть любые: публичные страницы и сообщества в социальных сетях, блоги, новостные порталы и т.д. В результате наши суждения дистанцируются от предмета суждения информацией, циркулирующей в медиапространстве. Иначе говоря, медиа играет определяющую роль в формировании картины мира абстрактного субъекта. Субъекту же (теоретически любому из нас) остается только решить, доверять медиа или нет. Все как в случае с Пифией и Нео из кинофильма «Матрица». Вводные данные имеются, а вот доверять им или нет – это уже выбор Нео.

Джон Логи Бэрд и его детище – телевизор.

Ни одно изменение не проходит без последствий и переориентация медиапространства на интерактивность, диктуемая запросами аудитории, не исключение. В данном случае последствием явился раскол в поколениях: одно поколение рождается в новом мире, а другое вынужденно приспосабливается к нему. Причем, подобная ситуация складывалась и будет складываться еще не единожды. А все благодаря массовому внедрению таких, казалось бы, простых и привычных сейчас средств коммуникации, как телевизор или интернет.

Вместе с усложнением и развитием инфосферы возникает острая необходимость в анализе и понимании, а самое главное – в создании методологии для ее изучения. Как раз в этом-то и отличился Дуглас Рашкофф, сформулировав концепцию медиавирусов. Американский исследователь считает: медиапространство пережило классические методы пропаганды, став живой силой, мало зависящей от человеческого вмешательства. Распространяясь по принципу, схожему с заражением, информация приобрела более хаотичные и непредсказуемые формы.

Рашкофф рассматривает развитие медиапространства как хаотический процесс, связывающий всех людей и привносящий в их жизнь природный беспорядок. Инфосфера лишает людей четкой иерархичности, становясь общественным пространством, общедоступность информации в которой упраздняет «особые статусы» и дискриминацию. Стоит отметить, что термин «природный», в интерпретации Рашкоффа надо понимать, как созвучный термину «хаотичный».

«Раньше развитие технологии всегда усиливало нашу изоляцию от природной стихии, которую мы, изгнанники, стремились подчинить себе. Новая технология связывает всех нас с природой и друг с другом».

Особый интерес для американца, как не трудно догадаться, составляет понятие медиавируса. Под ним понимаются медиа-события и совокупность информации, имеющие подлинное влияние на общество. Особенностью медиавируса является автономность, выражаемая в неподконтрольности распространения, вариативности понимания и неоднозначности отклика.

Название дано по аналогии с биологическими вирусами, которые, являясь протеиновыми капсулами, прилепляются к здоровой клетке и вводят в неё содержащийся в капсулах вируса генетический материал, и если вирусу удается побороть иммунную систему организма (заменить гены клетки на гены вируса), то он навсегда меняет способ её функционирования.

«Если мы хотим понять инфосферу как расширение планетарной экосистемы или хотя бы как питательную среду, в которой развиваются новые идеи нашей культуры, тогда мы должны признать тот факт, что медиа-события, вызывающие подлинные социальные перемены – это не просто троянские кони. Это медиа-вирусы».

Сегодня медиавирусы являются данностью. Благодаря им и ради них существуют новостные порталы, по их поводу ведутся самые оживленные беседы в социальных сетях. Наверное, каждому знакомо схожее, но более узкое понятие «инфоповода», которое можно воспринимать, как сигнал значимости медиавируса и хорошего потенциала распространения в существующем медапространстве.

«Мы можем изолироваться от микробов, выдыхаемых другими людьми, но – если мы все еще смотрим ТВ или читаем газеты (а что уж делать, если еще и пользуемся интернетом) – не от мемов, которых другие конструируют и запускают в инфосферу. Все мы плаваем в одном океане данных».

Медиавирусы самозарождающиеся

Univac – первый условно коммерческий компьютер, созданный в Соединённых Штатах.

Одним определением и описанием Дуглас Рашкофф не ограничивается. Постепенно исследователь углубляется в понимание структуры и видов медиавирусов, используя для этого подходы меметики. Этот метод изучения культуры базируется на понятие мема как информационной единицы: мнения, идеи, факта, учения, способа поведения, которые существуют как в информационном пространстве, так и в сознании каждого отдельно взятого индивида.

По своей структуре медиавирус имеет: оболочку – событие, которым он был запущен в инфосферу, первоначальную суть послания и реакцию. Получается, что медиавирус состоит из определенных мемов, обращает на них внимание общественности и распространяет, одновременно способствуя формированию интерпретаций уже имеющейся информации и появлению новой. В каком-то смысле его суть противоположна понятию бритвы Оккама. Свойством этих информационных «сущностей» (медиавирусов) является приумножения себя же (без необходимости).

Отчасти, в самостоятельном распространении и развитии Рашкофф и видит естественность существования медиавирусов, которые вскрывают сложную структуру связей в информационном пространстве параллельно и содействуя их появлению. Вывод? Инфосфера является совокупностью подобных столпов информации, в той или иной мере взаимосвязанных и влияющих друг на друга.

Также Рашкофф подразделяет медиавирусы по принципу возникновения на возникающие полностью естественным путем и запускаемые намеренно. Отдельно исследователем выделяются вирусы, которые возникли естественным путем, но были успешно использованы в интересах тех или иных групп.

Один из первых прототипов ЭВМ.

«Полностью самозарождающиеся вирусы – такие, как избиение Родни Кинга или дело «Тоня Хардинг/Нэнси Керриган», или даже новые технологии вроде виртуальной реальности и научные открытия, которые вызывают интерес и распространяются сами по себе, так как наталкиваются на слабые места общества или идеологический вакуум.

Если с самозарождающимися вирусами все предельно понятно, исходя из описанного выше, то об остальных двух типах стоит дополнить следующее – они являются выражением направленного влияния человека или группы людей на медиасферу.

«Также имеются вирусы, которые мы можем назвать «кооптированными» или «вирусами-тягачами» – например, скандал между Вуди Алленом и Миа Фэрроу или эпидемия СПИДа, которые не обязательно кем-то запускаются намеренно, но которые мгновенно «запрягаются» и распространяются теми группами, которые надеются промоутировать с их помощью свои собственные концепции».

Различие между намеренно запущенным вирусом и вирусом-тягачом состоит в том, что первый выражается через новый информационный комплекс, а второй использует уже существующие. Хотя, по факту, оба, так или иначе, относятся к инструментам PR’a. Но важно помнить – вирусы не тождественны инструментам маркетинга, хотя, опять же, в случае с пиаром могут выглядеть крайне схоже. Возникает вопрос: в чем разница?

 Стив Крокер (Steve Crocker) из Калифорнийского университета. Создатель первого в истории RFC (Request for Comments).

Различие Рашкофф выражает в том, что медиавирус имеет тенденцию к усложнению реальности, в то время как маркетинг – к упрощению, что обусловлено четкими коммерческими целями. Некоторая схожесть проистекает из отторжения обществом прямых воздействий, идентичных с пропагандистскими. Таким образом, подобное поведение потребителей вынуждает сферу бизнеса быть социальной и клиентоориентированной.

В качестве примера медиавируса можно привести недавний всплеск интереса к группам смерти. Подобную ситуацию можно смело назвать самозарождающимся вирусом, так как он коснулся проблемной тематики, которая до того не имела широкой общественной огласки – суицида детей и подростков. При распространении по медиапространству, смысловой акцент сместился с вопроса о самоубийствах на вопрос воспитания. Параллельно были затронуты вопросы состоятельности образовательной системы, экономической и социальной ситуации, адекватности понимания подросткового возраста со стороны взрослых, взаимоотношения подростков с ровесниками, права на суицид и много чего еще, что вы могли услышать по этому поводу.

Интерес состоит вот в чем: помимо информационного воздействия на определенные группы населения, медиавирус привел и к вполне физическим последствиям. Получив на родительском собрании бумажку с информацией о группах смерти и призывом к действию, впечатлительный родитель вполне себе мог не только проконтролировать поведение своего ребенка в социальных сетях тайно или явно, но и вовсе ограничить чадо в доступе к интернету.

«Общий интерес»

Американское телевидение в 1940-ые

Развитие медиасреды является нелинейным и характеризуется одновременностью нисходящих и восходящих тенденций. В инфосфере не бывает забытого и старого, только олдскул. Подобная пространственно-временная хаотичность приводит к необходимости в формировании личного «иммунитета» по отношению к медиавирусам и медиапространству. Без наличия собственных фильтров, человек вынужден будет находится в среде абсолютной случайности и поверхностности, без права на глубину и последовательность.

К сожалению, сегодня медиапространство устроено таким образом, что отображает некий абстрактный «общий интерес». Вот почему, пытаясь скрыться от неинтересной и незначимой лично для вас информации, вы все равно узнаете о том, что Ким Кардашьян ограбили во Франции. Причина столь плачевной ситуации проста – огородившись от медиавирусов, невозможно полностью огородиться от зоны их влияния и самих распространителей. А они порой испытывают почти наркотическую потребность в упоминании вирусной информации в бытовых разговорах.

Таким образом, информация в медиа достигает своей высшей точки влияния – ситуации, когда не знать о ней невозможно.

Рекомендуем прочесть:

1. Дуглас Рашкофф – «Медиавирус».

2. Дуглас Рашкофф – «Cyberia: Жизнь в трущобах киберпространства».

Автор: Алексей Кардаш
1804