2021

«Эротика текста»: «Конец человеческой исключительности». Книга Жана-Мари Шеффера

«Эротика текста»: «Конец человеческой исключительности». Книга Жана-Мари Шеффера

Что такое человек? Двуногое существо без перьев? Божья тварь или сложная биосоциальная система? Как бы то ни было, сегодня понимание человека, которое сложилось в Новое Время, отходит на второй план. Concepture публикует небольшую статью о книге современного французского философа Жана-Мари Шеффера «Конец человеческой исключительности».

В европейской гуманитарной традиции господствовало (и отчасти господствует по сей день) представление о человеке как существе исключительном. Человеческой сущности отводится особое место в универсуме, некое, принципиально отличное от природного, онтологическо-экзистенциальное измерение, принадлежность к которому дает человеку превосходство над всеми остальными формами жизни. В обобщенно-культурологическом плане это представление можно назвать антропоцентризмом.

В своей книге «Конец человеческой исключительности» современный французский философ Жан-Мари Шеффер пытается опровергнуть этот доминирующий антропологический тезис.Согласно Шефферу, тезис о человеческой исключительности принимает 3 формы:

Первая форма берет начало в понятии субъектности философии Нового Времени и далее продолжается в феноменологии, экзистенциализме, герменевтике и неокантианстве. В рамках этой формы человек мыслится как субъект, то есть, как абсолютно автономный основоположник своего собственного бытия. Таким образом, субъектность человека выделяет его из остального животного мира, потому что, будучи субъектом, человек становится наделен такими качествами как: свобода, индивидуальность и уникальность. В то время как отдельное животное является всего лишь представителем своего вида и живет через вид (то есть любая особь может быть заменена другой особью), человек бытийствует как неповторимый и невосполнимый субъект, не выполняющий врожденную генетическую программу, а свободно выбирающую свою судьбу.

Вторая форма полагает исключительность человека в феномене социальности, которая трактуется как анти-природное образование. Биологическая жизнь расценивается только как субстрат (носитель) подлинной человеческой идентичности, которая по существу своему является общественной. Если первую форму тезиса человеческой исключительности заложил и обосновал Декарт, то вторую форму артикулировал Маркс.

Третья форма помещает эксклюзивность человеческого бытия в пространство символическим систем, то есть, в культуру. Некоторую социальность ведь можно наблюдать и у насекомых, а вот нематериальную, но тем не менее значимую реальность культуры, как специфического пространства смыслов, можно встретить только в человеческих обществах. Если первая форма производит антитезу социальности и природности, то третья форма противопоставляет культуру как природе, так и социальности. Автором, в чьих трудах третья форма приобретает законченный вид, является Кассирер, который определял человека как «животное, созидающее символы».

Шеффер подвергает сомнению данный тезис, исходя из достижений современных наук, таких как: биология, нейрология, этология и психология. Данные этих наук убедительно показывают, что человек – просто живое существо (хоть и сложно устроенное) в ряду прочих. И как бы оскорбительно это ни звучало для самодовольного человеческого уха, человечество – всего лишь один из эпизодов эволюции. То, что на языке науки традиционно именовалось «среда», на поверку оказалось фактором, который конституирует само существо человека. Последнее в свою очередь есть не более чем преходящее проявление. «Социальность» и «культурность» человека вовсе не освобождают его от биологического бытия. Их следует рассматривать скорее как специфические аспекты биологии человека. В данном вопросе Шеффер ссылается на слова американского философа Джона Серла, который как-то очень верно заметил, что «между культурой и биологией не может быть противоречия, потому что, если бы оно было, биология наверняка бы выиграла».

Цель книги Шеффера, по его собственным словам, состоит в «разметке маршрута» нового типа синтезированной науки, свободной от классической сегрегационной стратегии, объявлявшей, что методами естествознания невозможно познавать человека. Сам Шеффер признается, что идеи, о которых идет речь в книге, не им придуманы, а разрабатывались многими людьми до него. Свою же задачу он видит в систематизации этих идей и их стройном изложении. На этом пути перед ним, равно как и перед любым другим исследователем феномена человека, встает определенная трудность. Дело в том, что изучаемый объект (человек) «умеет читать».

Поэтому публикация результатов исследования, став доступной объекту исследования, может сильно изменить его поведение и характер. Тем не менее Шеффер не впадает в методологический пессимизм. Критерий, который он избирает для формулирования своей концепции, весьма и весьма похвален. Наследуя требованиям строгой науки, Шеффер заявляет, что «любая хорошая теория должна оставаться действительной, даже став известной изучаемым объектам». Автора не интересуют причины возникновения пагубного тезиса о человеческой исключительности, его волнует конкретика развертывания этого тезиса в различных научных областях и те последствия, к которым, в конечном итоге, науки пришли, руководствуясь этим тезисом.

Нетрудно заметить, что исследование Шеффера встраивается в русло того дискурса, начало которому положил Фуко, постулировав «смерть человека». «Человек исчезнет, как исчезает лицо, начертанное на прибрежном песке» – когда-то сказал Фуко. «Человек уже исчезает благодаря достижениям современных наук» – говорит сегодня Шеффер. 

Рекомендуем прочесть:

1. К.Лоренц – «Так называемое зло».

2. Д.Серл – «Сознание, мозг и наука».

3. М.Шелер – «Положение человека в космосе».