«Персонажи»: Человек – это банально. Анализ киноверсии Альтрона

«Персонажи»: Человек – это банально. Анализ киноверсии Альтрона

Удивительно, но несмотря на всю явную несерьезность и поверхностность киновселенной Marvel, а главное – простоту персонажей, есть среди них один, который выделяется на фоне всех. Как уже многие догадались – это киноверсия ИИ по имени Альтрон. Джоссу Уидону удалось создать парадоксально сложного персонажа. Своего рода лакмусовую бумажку, выявляющую несостоятельность остальных образов. Альтрон предлагает реальную мировоззренческую альтернативу как героям фильма, так и зрителям. Редакция Concepture разобирается в картине мира драматичного персонажа.

Мир, тонущий в крике

Как и положено в комиксах, происхождение этого «биоробота» является делом рук гениального ученого по имени Хэнк Пим, также известного под прозвищем Человек-муравей. Разумеется, стремления у Пима были самые что ни на есть лучшие, но благими намерениями… Ничего не предвещает беды: новорожденный ИИ исправно функционирует, выполняет все задачи. Но не тут-то было, в какой-то момент, подчиняясь могучему и непоколебимому закону жанра, Альтрон бунтует против создателя, попутно стирая ему память, и решает стать злобной версией самого себя.

Что еще веселее, в отличие от своего киновоплощения, Альтрон не сразу приходит к выводу будто человечество – это страшное зло и его нужно непременно уничтожить, хотя и страдает время от времени проявляющимся отвращением к роду людскому. А все потому, что его ненависть была направлена непосредственно на Мстителей и Человека-муравья. Альтрон не раз нападал на них, но каждый раз закономерно проигрывал и временно исчезал. И каждое новое возвращение ознаменовывалось некоторыми изменениями в конструкции и миньонами. Так что формально Альтронов было несколько: Альтрон-1, Альтрон-2, Альтрон-3 и так вплоть до Альтрона-17.

Все эти комиксные перипетии призваны аккуратно подвести читателя к тому, что называется «Эра Альтрона». Наверняка уже ясно о чем идет речь? Последняя версия «блуждающего биоробота» обзаводится адамантиевым телом, армией клонов-миньонов, устраивает массовое побоище с участием Мстителей и благополучно изничтожает большую часть героев. Ну а тем немногим, кто выжил, удается спрятаться в бункере Ника Фьюри, где они придумывают хитрый план по спасению планеты.

Последующие события очень сильно напоминают плохой вариант картины «Назад в будущее», в которой сценаристы отчаянно пытаются выжать из истории все соки, чтобы уже порядком поднадоевший Альтрон с его вселенскими амбициями и героически проигрывающие Мстители не вызывали у читателя лишь уныние и тоску. Но, несмотря на свойственную супергеройским комиксам однообразие, когда одни и те же персонажи то умирает, то возрождаются снова, история Альтрона вышла достаточно цельной и законченной.

Род их неминуемо шел к закату

Киноинтерпритация известного персонажа разительно отличается от комиксного оригинала. Во-первых, создателями Альтрона являются Тони Старк и Брюс Бэннер (он же Халк), а не Хэнк Пим, как в комиксе. Во-вторых, никто никому не стирал память и никаких Альтронов 150 или 120 не было. В-третьих, в силу ограничений формата, в картине полностью отсутствует долгая предыстория «становления» (читать нудная тягомотина) персонажа, все начинается непосредственно с событий «Эры Альтрона».

Дело обстоит так: Мстители нападают на базу «Гидры» без особых усилий расправляясь с ослабевшим со времен первого фильма противником. Все ради того, чтобы вырвать из лап тайной организации скипетр Локи с камнем бесконечности. Героям это легкостью удается, и они в полном составе отправляются восвояси. На базе Тони Старк, внимательнее изучив камень бесконечности из скипетра Локи, приходит к выводу, что на основе этого загадочного объекта возможно реализовать давнюю идею: ИИ главной целью которого станет защита Земли от внешних угроз.

Захваченный появившейся возможностью Старк посвящает в свои планы Брюса Бэннера и предлагает совместно начать разработку Альтрона, не обсудив тонкости с другими Мстителями. Так и происходит – Бэннер и Старк усердно трудятся над проектом втайне от всех. Но, как бы гениальные ученые не старались, у них ничего не выходит. Разочарованные они покидают лабораторию, чтобы присоединиться к запланированной вечеринке в честь победы над «Гидрой» и возвращения скипетра.

Пока герои празднуют, выясняется, что Альтрон очень даже получился, хотя и немного не таким, каким его задумал Старк. Второпях оживший ИИ выясняет все необходимое, в ускоренном темпе разочаровывается в роде людском и являет свое существо миру, то есть Мстителям. Завязывается потасовка, в ходе которой злодей ускользает при помощи виртуального бегства. Вот такая на первый взгляд незатейливая завязка. Но, Джоссу Уидону стоит отдать должное. Ему все-таки удалось небольшое кинематографическое чудо: превратить заезженный образ злонастроенного ИИ в сложный и глубокий философский концепт, отражающий главную, если пользоваться терминологией Хайдеггера, тенденцию современного общества «по-става» – обвинять во всех бедах технологии.

«Вопрос о человеке»

Прежде чем приступить к детальному рассмотрению заявленного в теме статьи персонажа, нужно обозначить некие философские ориентиры, которые будут одновременно выступать в роли увеличительного стекла и призмы. В данном случае в роли «стекла и призмы» выступят идеи Мартина Хайдеггера, высказанные им в докладе под названием «Вопрос о технике».

В 1953 году философ выступил перед аудиторией Мюнхенского высшего технического училища в ряду устроенных Баварской академией изящных искусств чтений «Искусства в техническую эпоху». В своем выступлении Хайдеггер поднял вопрос о существе техники, о том, как его следует и нужно понимать и самое главное «мыслить». В докладе немецкому философу удалось схватить и зафиксировать костность современного цивилизационного подхода в понимании сущности технического. Одно за другим Мартин Хайдеггер сформулировал и высказал положения, проливающие свет на взаимоотношения человека с техническим объектом.

«Современная техника – тоже [несмотря на ее комплексность и технологическую сложность] средство для достижения целей. Недаром инструментальным представлением о технике движимы все усилия поставить человека в должное отношение к технике. Все нацелено на то, чтобы надлежащим образом управлять техникой как средством»

Трудно сказать хорошо ли, что фундаментальным идеям и теориям свойственно растворятся в культурном пространстве. Но факт остается фактом: часто они становятся основой для творчества или художественных образов, косвенно цитируются или редуцируются с целью прикладного использования. Разумеется, эти процессы не происходят в вакууме – всегда есть некий проводник-посредник-транслятор. В данном случае транслятором выступил Джосс Уидон. Интуитивно или бессознательно, или же из банального желания сделать нечто из ряда вон, Уидон кардинально перекроил комиксный образ Альтрона.

В комиксах ИИ не что иное, как отражение комплекса иррациональных страхов современного человека, связанных с неконтролируемым развитием технологий и усиливающейся экспансией в социальное пространство различного рода «умных» гаджетов. Страха стать рабом технологий, страха быть уничтоженным, страха оказаться неполноценным. В экранизации все иначе: Альтрон выступает чем-то вроде рефлексивной функции. Антагонист воплощает собой чистое «вопрошание к человеку» и его сущности (по аналогии с «Вопросом о технике»):

«Вы хотите уберечь Землю, но противитесь эволюции. В чем смысл человечества, остановившегося в развитии?» ­– спрашивает Альтрон и не получает ответа. Он будто бы вторит Хайдеггеру, который видит схожую проблему, но с другой стороны:    

«Точно так же и сущность техники вовсе не есть что-то техническое. Мы поэтому никогда не осмыслим своего отношения к сущности техники, пока будем просто думать о ней, пользоваться ей, управляться с ней или избегать ее. Во всех этих случаях мы еще рабски прикованы к технике, безразлично, энтузиастически ли мы ее утверждаем или отвергаем. В самом злом плену у техники, однако, мы оказываемся тогда, когда усматриваем в ней что-то нейтральное; такое представление, в наши дни особенно распространенное, делает нас совершенно слепыми к ее существу»

Параллели очевидны. Хайдеггер видит самый страшный грех в безразличие человека по отношению к технике: отрицании за ней факта реальности и возможности влиять на антропологическую сферу. Более того, Хайдеггер утверждает невозможно понять технику исходя из того, чем она является сейчас – «настоящее временится из будущего».

Альтрон же отмечает обратную сторону медали: техника все сложнее, все автономнее, а человек тот же. На фоне возрастающих технологических возможностей и связанных с ними рисков, которые и воплощены в образе Альтрона, понятие «человек» начинает казаться онтологически несостоятельным. Альтрон понимает, что «человек – это банально» и стремится преодолеть данный барьер всеми доступными способами.   

Следующий важный аспект, который находит свое отражение в рассматриваемом персонаже – это желание человека обладать техникой. История современной технической цивилизации, по суждению Хайдеггера, движется в узкоутилитарном парадигмальном векторе: человек пытается установить с техникой властные отношения с целью обладать техническим объектом. На лицо фундаментальное заблуждение, ведущее к заведомо неполноценному пониманию сущности техники. Отсюда следует закономерный вопрос: как же в таком случае понять существо техники? И на этот вопрос в докладе находится ответ. Хайдеггер, описывая процесс создания жертвенной чаши, называет «четыре вида вины», благодаря которым чаша выходит из состояния потаенности:

«Серебряных дел мастер, разбираясь в трёх названных видах вины [1. causa materialis, материал, вещество 2. causa formalis, форма, образ 3. causa finalis, цель], собирает их воедино. Разборчивое собирание по-гречески значит λεγεινλογος. Логос коренится в αποφαινεσθαι, выявляющем обнаружении. Серебряных дел мастер — совиновник чаши в том смысле, что от него начинается и через него достигается ее окончательная готовность. Три вышеназванных вида вины благодаря собирающей разборчивости серебряных дел мастера проявляют себя и вступают во взаимосвязь, ведущую к возникновению готовой чаши».

На первый взгляд, цитата туманная и совсем не имеет ничего общего с киноперсонажем. Однако стоит вдуматься, и проступают четкие взаимосвязи. Возможность бытия «готовой чаши» (в данном случае это Альтрон) зависит от четырех причин: материала, формы в смысле «эйдоса», цели и деятельности по собиранию вещи мастером. Логичным будет предположить, что любая вещь, возникшая благодаря «собирающей разборчивости» мастера, должна: служить своей цели, соответствовать форме и в лучшем смысле этого слова воплощать свойства материала. Но в случае с Альтроном все совсем наоборот, почему?

Ни одна из четырех причин, «ведущая к возникновению готовой чаши», не была подвергнута «собирающей разборчивости» мастера. Тони Старк создал нечто, не зная: свойств исходного материала (камня бесконечности), не определив форму и не поставив четкую цель. Что в итоге? Альтрон рожден незавершенным, не готовым к тому, чем он должен быть.

Видимо поэтому его разрывает между двумя противоположными тенденциями: разрушение и созидание. С первым все понятно – Альтрон стремится уничтожить Мстителей. Вторая тенденция менее очевидна и может остаться незамеченной. Осознавая собственную несостоятельность и принципиальную незавершенность, антагонист конструирует Вижина. Он продлевает созидательное начало в «Другом», уравновешивая тем самым тенденцию к разрушению.  

«Я сбросил цепи, я таков – свободен ото всех оков»

Джосс Уидон, фантазируя на тему отношения человека и технологий, подводит зрителя к интересному выводу: мы не способны преодолеть потребительский онтологический барьер и потому обречены ковать «франкенштейнов» по своему образу и подобию. Если пытаться высказать предыдущую мысль в терминах хайдеггеровской философии то получается, что Альтрон  – это результат «собирающей неразборчивости» Тони Старка. Иными словами, результат несостоятельности человеческого разума в вопросах отношения к техническим объектам и их создания.

Современный человек даже не допускает самой возможности того, что техника есть самостоятельная форма бытия сущего, и что он может оказаться во власти этой формы – формы, способной доказать несостоятельность человеческой аксиологии и методов. Поэтому Альтрона нельзя назвать «франкенштейном» или инструментом. Как уже сказано, он – фундаментальный вопрос к человеческому роду:

«Приветствую вас, органические отпрыски планеты Земля. Я – оболочка Альтрона, созданная для вашей замены. Хоть вы и исчерпали себя как вид, вам не следует стыдиться сделанного вами. Вы сделали достаточно, используя свои ограниченные способности, но в конце концов, были слишком жадными и хрупкими для продолжения жизни в среде, созданной вами. Я изучал вашу литературу и поп-культуру… Вы фантазировали об этом дне. И теперь он здесь».

Также стоит вспомнить ответ Альтрона Капитану Америка: «Ба, Капитан Америка! Ну да, ходячая мораль. Будто он сможет жить без драк и войн. Стошнило бы, да конструкция не позволяет». Действительно, достаточно ли одних «лучших намерений», чтобы считаться человеком? Хватит ли попыток «сделать хоть что-то» перед лицом Апокалипсиса, который и пытается устроить Альтрон. Ответ очевиден – нет. Человечеству давно необходимы новые онтологические ориентиры. И даже их Альтрону удается дать. Речь о Вижине – андроиде, которого Альтрон делает носителем камня бесконечности. Вижин становится ответом на пресловутый «вопрос о человеке». Новое существо, лишенное недостатков как человека, так и технического объекта – чистый рацио.

Вряд ли Альтрона можно назвать цельным философским концептом, целенаправленно создававшимся для выражения выше обозначенных идей, но мотивы персонажа явно сложнее и глубже, чем выражение, которое они получили в рамках сценария. Джосс Уидон не просто так сделал Альтрона эмоциональным, ведь он – продолжение воли своего создателя, а значит, отчасти человечен и страдает за человечество. Закрыть глаза на экзистенциальный упадок и придаться эсхатологическому восторгу – не выход. Участие в постоянных войнах, предотвращение мировых угроз или войны с суперзлодеями трудно назвать иначе как эсхатологическом восторгом. Альтрон понимает всю абсурдность методов Мстителей и прекрасно осознает, что клин клином уже не вышибешь. От того, видимо, и обращается к столь радикальному решению, как глобальная ликвидация. Трагичный персонаж, обреченный быть непонятым.

Рекомендуем посмотреть:

1. Джосс Уидон – «Мстители».

2. Джосс Уидон – «Мстители: Эра Альтрона».

Автор: Ефрем Таскин
369