Нескучные Жанры

«Около Кино»: Как высунуть голову из семейной задницы. Рецензия на «Рик и Морти»

Вопросы смысла жизни и поиска в ней удовольствия – частые гости в любой психотерапии. Каждая из них если и не предлагает ответ, то как-то по-своему его комментирует. Concepture разбирается с психоаналитическим подходом через призму вопроса об окончании анализа. А замечательной иллюстрацией к этому разбору будет популярный мультсериал «Рик и Морти», который оказывается способен не только развлекать, но и облекать глубокие идеи в удобную форму.
«Около Кино»: Как высунуть голову из семейной задницы. Рецензия на «Рик и Морти»

Небольшое вступление

Задуманный как нечто среднее между «Футурамой» и фильмом «Назад в будущее», этот очередной мультфильм Джастина Ройленда и Дэна Хармона резко выделяется на фоне своих собратьев с канала Adult Swim. С одной стороны – всё те же приколы про инопланетных монстров и путешествия по параллельным мирам, с другой – мишенью для своих бесконечных насмешек авторы выбрали взаимоотношения внутри отдельно взятой семьи, и, кажется, попали в самый нерв современной культуры (да и культуры вообще). «Да высунь ты уже голову из семейной задницы!» – примерно так это сформулировано устами главного героя дедушки Рика. 

Итак, гениальный ученый, он же алкоголик, Рик Санчез недавно переехал жить в семью своей дочери Бэт и по ночам таскает младшего внука Морти в опасные путешествия в иные измерения, от чего он постоянно засыпает на занятиях в школе. Родители считают Морти умственно отсталым и переживают, что дедушка плохо влияет на их сына. Но Бэт так счастлива, что отец наконец-то вернулся после того, как бросил их с мамой, что готова это терпеть.

Неловкие попытки её мужа Джерри выгнать тестя неизменно терпят крах. А их дочь Саммер догадывается, что была нежеланной беременностью, и завидует Морти за то, что именно он стал любимчиком деда. Пока главные герои «бегают за мороженкой» в другое измерение или внедряются в сон к учителю математики, чтобы он ставил Морти одни пятерки, потому что так взбрело в голову Рику, их родные бесконечно выясняют отношения, что за частую приводит к не менее разрушительным последствиям, вроде гибели человеческой расы. 

Если Бога нет, то можно ехать за мороженкой

У Фрейда есть работа «Анализ конечный и бесконечный», в которой он пытается ответить на вопрос, возможно ли окончание анализа. В конечном счете, он приходит к выводу, что нет, до конца исчерпать все смыслы невозможно, и анализ в некоторой перспективе является бесконечным. Продолжатель его учения Жак Лакан говорит, что есть как минимум три варианта окончания анализа. Первый из них (спойлер: не самый удачный, или даже это скорее пример неправильного анализа – прим. автора) – это найти некое главенствующее означающее, которое позволило бы нам стабилизироваться.

Казалось бы, что плохого в том, чтобы найти какую-то опору в жизни, многие в анализ за этим и приходят. Что это за опора? В религии – Бог, в государстве это может быть Конституция, которая является гарантом наших прав и свобод, как мы помним из школьного курса политологии. В жизни каждого человека тоже есть такое означающее, которое одновременно структурирует мир и дает человеку место в этом мире. В психоанализе это называется Имя Отца, поскольку в классической версии это означающее (Закон) дать ребенку должен именно отец. Хотя функцию отца выполнять может кто угодно, в том числе мать или другой близкий человек.

Почему это не самый удачный способ закончить анализ? Потому что если мы верим в Имя Отца, отвечает Лакан, то мы всегда одурачены. Классический пример – Родион Раскольников с его вопросом «Тварь я дрожащая или право имею?» Что этот вопрос нам предлагает? Либо согласиться с тем, что ты тварь, либо всю жизнь поддерживать этого большого Другого и свою веру в него, потому что это единственное, на чем держится наша позитивная идентификация.

Главный девиз Рика: «Вселенная – это безумное хаотичное дерьмо!», что подразумевает, что нет смыла вкладывать во всё это смысл. Он «по приколу» мастерит роботов и микровселенные, которые использует как аккумулятор к своей машине. Когда робот узнает, что был создан для того, чтобы подавать масло, Рик отвечает: «Добро пожаловать в клуб, приятель!»

Жители «микровселенского аккумулятора», который установлен в автомобиле Рика, также считают его еда ли не богом. Он дал им бубл-ходули, подарил чудеса электричества, в центре города установлена огромная статуя Рика, а национальным праздником является День Рикодарения. Однако они не подозревают, что 80% вырабатываемой ими электроэнергии идет на питание его автомобиля. Когда один из них изобретает собственную микровселенную, чтобы снабжать свою вселенную энергией, Рик объясняет ему что почем:


– Ты моя батарейка, мудозвон, и больше ничего. Я тебя создал. Твоя микровселенная – херня из под коня! Гребанный аквариум, полный лобстеров!

– Для этого вы используете мою вселенную, чтобы завести машину?!

– Только не обольщайся, обычные батарейки еще никто не отменял, драный ты пидераст!


Кстати, сам Рик в этом смысле не исключение. Он неоднократно обращается к зрителям с репликами в духе «увидимся через неделю» или со своей коронной фразой «вабба лабба даб даб», что показывает, что он в курсе, что является частью мультсериала или проморолика, на чем авторы постоянно делают акцент. В одной из серий друг Рика Птичья Личность рассказывает Морти, что «вабба лабба даб даб» (wubba lubba dub dub) с птичьего языка переводится как «я испытываю сильнейшую боль, помогите». Однако Рик постоянно заглушает это чувство дурачествами и алкоголем.

Столкновение с Ничто или поход против смысла

Выбор Рика – это поход против смысла, а смыл в человеческом сообществе вещь неприкасаемая. Ученый из крошкивселенной буквально выбрасывается из жизни, когда узнает, что всё его существование сводится к бытию батарейкой: «В этой Вселенной я родился, где умер мой отец, а я не смог пойти на его похороны, потому что был занят разработкой собственной минивселенной», – произносит он перед тем, как разбить свой автомобиль о скалы.

Второй ученый выбирает бунт против отца, но в этом бунте он лишь еще больше укрепляет его авторитет. По большому счету, всё, что он создал – это еще одну минивселенную, все жители которой такие же рабы, как и он сам. Он дурачит самого себя отцовским означающим, и когда истина вскрывается, этот Раскольников, который было решил, что он право имеет, получает четкий и ясный ответ – ты тварь.

Таким образом, второй вариант окончания психоанализа – это столкновение с Ничто. Большого Другого не существует, и нет иного смысла в нашем существовании, кроме того, что мы сами вкладываем в него. Это довольно неприятная вещь, но Рик подсказывает, как с этим можно обходиться. Он говорит об этом в самом начале серии:

«У каждой реальности есть свои плюсы и минусы. Забавные факты об этой: тут есть огромные пауки-телепаты, 8 11-х сентября, и лучшее мороженое во всей Мультивселенной!»

Отрезвляющая ирония Рика – противоядие от нашего нарциссизма, который не хочет мириться с тем, что у Вселенной нет никакого тайного плана на наш счет, и появление наше так же случайно, как и бессмысленно. Тот же ученый из микровселенского аккумулятора в качестве упрека бросает Рику: «Я не просил меня создавать!» Вполне обычная подростковая претензия, которую, как правило, выдвигают родителям, а в более позднем возрасте – богу. Но бога не существует, о чем нам постоянно напоминает Рик, а родители – это всего лишь «дети, у которых тоже есть дети», резюмирует свой собственный опыт отцовства над пришельцем-газорпозорпианцем Морти. 

Яблоко с древа фантазма

Но это также еще не окончание пути, и есть еще третий вариант окончания анализа, о котором говорит Лакан – речь идет о пересечении фантазма.

Что такое фантазм в психоанализе нам поможет понять 3 серия 1 сезона, в которой инопланетяне похищают главных героев и помещают их в огромную камеру симуляции на своем корабле. Случайно там оказывается еще один реальный человек – зять Рика Джерри, который едет на презентацию своего первого рекламного проекта.

Когда инопланетяне обнаруживают свою ошибку, то ставят мощность симуляции в отсеке Джерри на 5%, чтобы он не грузил систему, и сосредотачивают свои усилия на Рике и Морти, от которых им нужно получить рецепт концентрированной темной материи.

Ничего не замечая, Джерри презентует свой слоган яблочным фермерам, которые запрограммированы на односложный ответ «Да», и счастливый мчится к своей жене, где у него случается «лучший секс в его жизни» с симуляцией Бэт. Как и всякая тварь, вскоре после соития Джерри начинает грустить, осознавая, что он самозванец, и слоган, который он продал, ворованный. Впрочем, недолго, и вскоре его уже номинируют на высшую «рекламную премию в области яблок», которую он сам же и выдумал.

В следующей сцене Джерри Смит в смокинге со слезами на глазах принимает свою статуэтку «Яблоскара» и читает речь. В этот момент симуляция разрушается, и он оказывается на корабле пришельцев. Последней тает статуэтка, которую Джерри тщетно пытается удержать, хватаясь руками за воздух. В качестве утешения только слова Рика:

«Эй, Джерри, не беспокойся об этом. И что с того, если самый важный день твоей жизни был всего лишь симуляцией, работающей на самой малой мощности?»

У его жены Бэт свой «Яблоскар». Она ветеринар, комплексующий из-за того, что она «лошадиный» хирург, и всю жизнь мечтает стать настоящим хирургом. По её мнению, если бы она не связалась с этим неудачником Джерри и не залетела от него, то ей бы это удалось. Альтернативная версия её так и поступила и, получив межпространственные очки, позволяющие заглянуть в бесконечные параллельные миры, Бэт выпивает с ней в «большом доме, полном экзотических птиц»:

«Ты сделала это, Бэт, ты всего добилась, теперь ты хирург. Проводишь операции на людях. Ура!» – говорит она пьяным голосом, даже не задумываясь, отчего это альтернативная версия её тоже напивается в одиночестве в своем большом доме.

Пересечь – не значит перечеркнуть

«Яблоскар» Джерри – это фантазия о лучшей, более совершенной версии нас самих. Место, где нам удается заполнить свою нехватку, воссоединиться с объектом своего влечения. «Это лучший день в моей жизни. Я наконец-то совершенен…», – успевает произнести Джерри со сцены, прежде чем симуляция начнет разрушаться, и статуэтка упорхнет из его рук. Добро пожаловать в реальность! Он снова тот же жалкий неудачник, подкалываемый тестем, опустошенный поллюцией своего воображения.

Психоаналитик Жак Лакан называл это наслаждение наслаждением идиота или наслаждением одиночки. Это сродни онанизму – там нет другого. Ослепленный триумфом, Джерри не замечает, что только что «трахнул» набор нулей и единиц вместо Бэт. «О, да, да! не шевелись, так даже лучше», – произносит он, торопливо снимая одежду.

Реальный человек как раз шевелится, говорит не те слова, которые записаны в твоем сценарии, и вообще делает всё не так. Но именно в этих отношениях мы можем надеяться на любовь и понимание со стороны другого, ну или по крайней мере на бесконечную возможность к ним приближаться.

Пересечь фантазм – не значит избавиться от него. По сути, это наш индивидуальный способ получать наслаждение, который навсегда останется с нами. Но будучи конструкцией, фантазм не существует в раз и навсегда заданных границах.

Расставляя по-новому акценты, мы можем переформулировать его, подобной тесной квартире, которая благодаря перепланировке и сносу парочки ненужных стен начинает выглядеть совершенно по-другому. Однако в любом фантазме всегда есть неустранимый сухой остаток – то, что Лакан назвал объект причина-желания, который и заставляет трепетать всё наше естество.

Кстати, как выглядит фантазм самого Рика, он прекрасно сформулировал в серии про Тринити – коллективный разум, в который он влюблен:

«Я хочу дельтаплан, стадион рыжух, костюм дядюшки Сэма с открытым пахом, и чтобы зрители отдаленно напоминали моего отца».

Я – мистер Помогайка, посмотрите на меня!

Однажды, когда родные слишком уж досаждают Рику своими просьбами вроде «сделать приспособление, которое открывало бы туго закрученные банки с майонезом», он вручает им коробку с Мисиксами. Mr. Meeseeks в переводе с английского – это мистеры Помогайки, весь смысл бытия которых сводится к тому, чтобы выполнить свое предназначение и умереть. Существование – боль для Мисиксов, они быстро выполняют просьбу, ради которой появились на свет, и исчезают.

«Только просите чего-нибудь попроще, помните – они не боги», – предупреждает Рик, прежде чем свалить в очередное приключение с внуком.

Естественно, как только это происходит, аппетиты у семейки Смитов мгновенно разрастаются. Столько возможностей, что загадать? В итоге Саммер просит своего Мисикса сделать её популярной в школе, Бэт говорит, что хочет стать более полноценной женщиной, а Джерри сообщает, что хочет научиться заканчивать игру в гольф за два удара. Мисиксы немного офигевают от таких запросов, но всё же берут под руки своих хозяев и идут выполнять их просьбу.

Одним из главных открытий психоанализа является то, что любая просьба, даже такая нелепая, как «сделать приспособление, открывающее банки с майонезом», скрывает под собой требование. В первую очередь это требование любви. И не случайно оно обращено к Рику, который, по сути, занимает место большого Другого. И даже Джерри в глубине души очень жаждет получить признание от своего тестя. Например, поразить его своим умением играть в гольф. Но тертый калач Рик знает, что пытаться ответить на требование – неблагодарная задача.

В конечном счете, человек требует отнюдь не того, чего желает, и став, наконец, самой популярной в школе, Саммер сама это признает: вся эта слава – отстой, и в школе теперь стало скучно. Поэтому Санчез подсовывает родным коробку с Мисиксами: не только, чтобы они отвязались, но и буквально обнажая перед ними смысл их действий.

Почему существование – боль для Мисиксов? Потому что они мистеры Помогайки, и не могут просто послать Смитов, как Рик. И еще потому, что требование убивает. В первую очередь оно убивает наше желание. И знакомая многим прокрастинация, бесконечное откладывание важных дел на потом, несмотря на все причиняемые ею неудобства, всё-таки выполняет важную функцию – это наш способ сохранить желание, не дать ему умереть под напором требования.

Другой вариант – быть в ладу со своим желанием, тогда и прокрастинировать не придется. Но для этого нужно знать, чего ты хочешь. Не у всех это получается само собой, поэтому Фрейд изобрел психоанализ.

С Мисиксами всё не так. Если требование Саммер удовлетворить оказалось более или менее легко, с требованием Бэт уже пришлось повозиться. В итоге, выпивая с Мисиксом в баре и рассказывая ему о своем браке, Бэт успела влюбиться в своего Помогайку, заливающего ей, что она должна быть собой. Естественно, после этого он исчез, так как требование любви удовлетворено, пусть и ненадолго.

С Джерри и вовсе вышла катастрофа. Научить его выигрывать в гольф за два удара оказалось невозможно. Чтобы разделить груз непомерного требования, Мисиксы начали плодиться и пытаться убить друг друга. Но ни один мистер Помогайка не может умереть, пока не выполнено требование, и тогда они решают убить того, кто требует:

«Раз он не может закончить игру в гольф за два удара, мы вышибем все удары из его головы!» – кричат Мисиксы и пускаются вслед за Джерри.

Эпилог: если бога нет, то…

Какой же выход предлагают нам создатели сериала после девятичасового безумства трех сезонов и в преддверии нового?

Вернемся к серии с межпространственными очками. Когда Джерри и Бэт в очередной раз готовы развестись, узнав, что их брак был ошибкой, а Саммер собирается сбежать из дома, виня себя в несчастье родителей, зашедший за вафельками Рик, бросает мимоходом:


– Не хочу доказывать очевидное, но вы оседлали не того абстрактного коня. А мы с Морти отрываемся, нашли шоу под названием «Яйцелюбы».

– Ну и что мы теперь будем делать? – спрашивает после его ухода Бэт.

– Вроде «Яйцелюбы» звучит интересно… – пожимает плечами Джерри.


Так что относимся внимательно к тому, какого абстрактного коня седлать. И не доставайте всуе коробку с Мисиксами. А главное – не превращайте в Мисиксов своих близких. Помните: они – не боги.

Рекомендуем:
  1. Мэтт Грейнинг «Футурама»
  2. Алекс Хирш «Гравити Фолз»