Академическая музыка XX века в лицах

Статья №3: Совершенство тишины. Творчество Арво Пярта

Арво Пярт – современный композитор, из числа живых авторов, чьи произведения являются самыми исполняемыми в мире. Его музыка часто используется в современной хореографии и кино, особенно после фильма «Джерри» Гаса ван Сента. В любви к нему признаются Кит Джаретт, Бьорк и Ник Кейв, его альбом «Adam's Lament» в 2014 году снискал премию Грэмми. Concepture публикует третью статью из курса «Академическая музыка XX века в лицах».
Статья №3: Совершенство тишины. Творчество Арво Пярта

Арво Пярт – тихий скромный человек, избегающий публичности. В 70-х годах он принимает православное крещение под именем Арефа. И с тех пор влияние религии отчетливо заметно и в его сочинениях, и в его образе жизни. По нескольку месяцев в году он проводит в доме возле основанного отцом Софронием монастыря святого Иоанна Предтечи в Эссексе, ежедневно посещая монастырские богослужения.

Его близкие и друзья говорят, что Арво – не самый интересный собеседник, он любит молчать и слушать, даже его речь часто прерывается долгими паузами. Он и сам однажды скажет: «Тишина всегда совершеннее музыки. Надо научиться слушать тишину». В то же время он никогда не боялся идти против течения: в советское время еще молодой Пярт увлеченно изучает техники авангарда, а затем обращается к старинной католической музыке и церковному пению.

Очень сложно объединить все его произведения каким-то одним названием, он использовал додекафонию, коллаж и сонорику, работал в формах полистилистики и минимализма. Как композитор он проделал большой путь в своем творчестве в обратном направлении – от авангарда ХХ века (Шенберга и Веберна) к средневековой музыке и фламандской полифонии XV-XVI веков.

Начиная с 1976 года, Пярт называет свой стиль – тинтиннабули (по лат. «колокольчик»). Это стиль новой простоты, основанный на простейших музыкальных средствах. Пярт считает, что одного звука, одной тональности, одного или двух голосов достаточно:

«Я работаю с простым материалом – с трезвучием, с одной тональностью. Три звука трезвучия подобны колокольчикам, поэтому я и называю этот стиль «тинтиннабули».

Пришедшее в 70-80-е гг. в Советский Союз движение аутентистов (т.е. исполнение музыки максимально близкое к теории и практике той эпохи, когда она написана) вызвало большой интерес у Пярта, однако, было бы неверно говорить о том, что он «сочиняет средневековую музыку».

Довольно часто можно встретить заявление, что он как композитор вновь открыл способ писать добарочную музыку. Литургическая и камерная музыка Арво Пярта – это не аутентизм и не стилизация, это особый стиль, который по своему звучанию, конечно, близок к средневековым формам (мотет, григорианское пение и др.), но для специалиста имеет множество серьезных отличий.

Вместе с этим за богатство стилей и техник, а также частое обращение к полифонии, Арво Пярта иногда называют современным Бахом. Другие же исследователи считают, что с Бахом его роднит способность глубоко вдохновляться в своем творчестве религиозными мотивами.

В эпоху Просвещения музыка становится светской, отделяясь от Церкви, и многие называют Баха последним композитором, который своими сочинениями славит Бога «во струнах и органе», а не ищет самовыражения.

Подобное можно сказать и о Пярте. В 1991 году он напишет «Песни Силуана*», чья музыкальная композиция выстроена на словах преподобного Силуана Афонского «Скучает душа моя о Господе, и слезно ищу его. Как мне Тебя не искать?», но при этом сами слова не произносятся, а спрятаны в текст и настроение музыки.

*Силуан Афонский (в миру Семён Иванович Анто́нов) – константинопольский монах, канонизированный усилиями архимандрита Софрония (Сахаров), который в свою очередь является духовником Арво Пярта.

Несмотря на этот взгляд в прошлое и внутрь себя, Пярт нередко откликается и на происходящее в актуальном настоящем. Осенью 2006 года он объявил, что все исполнения его сочинений, написанных в 2006-2007-м годах, должны быть посвящены памяти убитой Анны Политковской. А в 2008 году он посвятит свою Четвертую симфонию («Лос-Анджелесская») тогда еще узнику Михаилу Ходорковскому и в его лице «всем бесправным узникам в России».

И хотя с 80-х годов Арво Пярт живет за границей, он никогда не забывал не только о своей малой Родине, но и о большой. О России в одном из редких интервью он скажет: «Эта страна не может мне быть чужой – несмотря на любые обстоятельства. Можно сказать словами Игоря Стравинского, который большую часть своей жизни провел на Западе: "Мой молитвенный язык – это русский язык"».

Рекомендуем:
  1. «De profundis» (Псалом 129), для хора, перкуссии и органа (1980).
  2. «Зеркало в зеркале» (нем. Spiegel im Spiegel).
  3. «Песнь Силуана», для 8 виолончелей (1991).
  4. «Если бы Бах разводил пчел», для скрипки или виолончели и фортепиано.